Загрузка сайта

Неочевидная проблема доступа к материалам в порядке статьи 290 УПК Украины, - Никита Задорожный, адвокат ID Legal Group

Неочевидная проблема доступа к материалам в порядке статьи 290 УПК Украины, - Никита Задорожный, адвокат ID Legal Group
27.10.2021

Уже много лет продолжаются баталии вокруг процедуры предоставления сторонами уголовного производства другой стороне имеющихся у них материалов по завершению досудебного расследования.

В большинстве своем такие споры вызваны тем, что сторона обвинения использует в ходе судебного разбирательства доказательства, доступ к которым ею не был предоставлен стороне защиты при выполнении требований ст.290 УПК Украины. В одних случаях для этого были объективные причины (например, на момент ознакомления не были рассекречены материалы, которые в дальнейшем используются прокурором в суде), в других – непредоставление доступа было результатом сознательной деятельности обвинителей (например, не предоставлялся доступ к документам, которые явились основанием проведения негласных следственных (розыскных) действий, по тем соображениям, что ни соответствующее определение следственного судьи апелляционного суда, ни постановление прокурора не являются доказательствами или источниками доказательств в понимании ст.84 УПК Украины).

Судебная практика в этих вопросах также не была постоянной и единой: то суды (включая и Верховный Суд) считали, что достаточно одного обращения прокурора за рассекречиванием определенных материалов расследования, то получило значение то обстоятельство, когда именно: заранее или за день до окончания ознакомления с материалами прокурор обратился за снятием грифа секретности с тех материалов, которые не предоставил защите, но которые намеревался использовать. Или сначала суды считали, что непредоставление доступа к определению следственного судьи, на основании которого была проведена НС(Р)Д, влечет недействительность в качестве доказательств протокола и результатов проведения такого действия, а впоследствии – основания проведения негласных действий отдельно, а их оформление и результаты – отдельно. Затем суды вернулись к первоначально занятой позиции и снова (справедливо) отмечали, что для того, чтобы судить о законности проведения негласного действия, следует обязательно исследовать документ, в котором обозначены основания, условия и разрешенные рамки проведения негласного действия.

 

Однако за всем этим незамеченным большинством пользователей УПК Украины осталась другая проблема: непредоставление в порядке ст.290 УПК Украины доступа к материалам досудебного расследования, которые в дальнейшем прокурор не планирует использовать в суде.

Обычный подход на основе нормы ч.12 ст.290 УПК Украины в данном случае дает «сбой», так как:

во-первых, поскольку прокурор вообще не предоставляет суду упомянутых материалов, то суд даже не «не имеет права» допускать сведения из этих материалов как доказательства в уголовном производстве, а не имеет никаких оснований и необходимости рассматривать соответствующий вопрос, а, во-вторых, все же суть этой нормы состоит в том, что предусмотренные ею негативные последствия должны негативно влиять именно на сторону, не предоставившую материалы для ознакомления, а не на ту, которой не был предоставлен к ним доступ.

В данном же случае, в худшем состоянии находится именно сторона, нуждающаяся в доступе - сторона защиты.

Будем откровенны: несмотря на предусмотренную ч.2 ст.9 УПК Украины, обязанность следователя и прокурора выявлять обстоятельства как в пользу, так и против подозреваемого или обвиняемого, их принадлежность именно к стороне обвинения накладывает свой отпечаток на всю их процессуальную деятельность и не стоит рассчитывать на то, что они честно добавят к материалам все, что у них есть, и будут ожидать объективного решения судом вопроса о виновности/невиновности личности.

Но есть норма ч.2 ст.290 УПК Украины, которая дополнительно обязывает прокурора и следователя предоставлять для ознакомления стороне защиты даже «неудобные» материалы. Да есть. Она не позволит скрыть от стороны защиты ни одного оправдывающего документа. А тут уж очень спорно… И вот почему.

Фактически на практике оказывается, что о составе и содержании всех без исключения материалов досудебного расследования осведомлено только лицо, которое фактически и непосредственно проводит расследование. И то в том случае, если оно одно. Если же в производстве есть группы следователей и/или прокуроров, то о содержании и составе материалов можно только догадываться.

Конечно, есть документы, содержание которых, хотя и кратко, но дублируется в Едином реестре досудебных расследований, есть судебные решения, которые, если их не засекретить, будут находиться в свободном доступе, протоколы, копии которых в обязательном порядке вручаются участникам соответствующих процессуальных действий. В таких случаях в обычных условиях что-то скрыть очень сложно.

Но есть документы, которые изготавливаются только в одном экземпляре и копии которых участникам не вручаются. Более того, о проведении подавляющего большинства следственных или других процессуальных действий нигде не делается никакой отметки. Поэтому только следователь или прокурор, которые проводили действие и оформляли протокол, знают, будет ли он добавлен в материалы производства или где-то «потеряется».

И именно такие документы не только легче всего скрыть от «чужих» глаз, но и в основном именно в их сокрытии и есть наибольшая необходимость.

Впервые реестр материалов досудебного расследования как обязательный документ появляется только в стадии составления обвинительного акта. До этого момента требований как к факту, так и к порядку составления такого реестра с использованием хоть собственных технических средств, хоть централизованных государственных баз данных действующим законодательством не установлено.

Нельзя действенно предотвратить сокрытие материалов и путем систематического ознакомления с ними в порядке ст.220 УПК Украины, ведь даже с помощью следственного судьи, прокурора или следователя возможно обязать только предоставить материалы для ознакомления, но по их объему никто не вправе указывать им.

Таким образом, в течение всего времени проведения следствия сторона обвинения без существенных неудобств может «фильтровать» полученные ею материалы, а в конце расследования (безо всякого боязни понести ответственность) – сделать вид, что ничего больше нет и никогда не было. В том числе и в отношении материалов, свидетельствующих, например, об отсутствии состава преступления.

Естественно, сторона защиты имеет право и без помощи других получать такие материалы. Вернее – пробовать получать. Ведь, несмотря на задекларированное равенство сторон уголовного производства, сторона обвинения все же «равнее» и имеет больше процессуальных возможностей, подкрепленных властным авторитетом, получать те или иные доказательства, а нередко властные полномочия стороны обвинения становятся единственным инструментом получения доказательств, без доступ к которым осуществление защиты от обвинения существенно усложняется или даже делается невозможным.

 

В подавляющем большинстве случаев сторона защиты о сокрытии от нее материалов другой стороной даже не догадывается. Возможно, это даже упрощает ее судьбу, ведь хотя бы лишает бесполезных переживаний. Но и в том случае, если стороне защиты стало известно о соответствующем факте, ей просто некому жаловаться на это, а самое главное – этот факт крайне трудно будет доказать, поскольку он почти никогда не оставляет документального следа.

 

К сожалению, действующий УПК Украины не предусматривает обязанности прокурора сообщать суду о том, действительно ли все материалы расследования включены им в реестр материалов, добавленных в обвинительный акт. Следовательно, и сам суд не владеет точной информацией о материалах производства.

Кроме того, суд, одновременно с наличием у него права не допустить в качестве доказательств материалы, не предоставленные для ознакомления, не имеет права обязать прокурора предоставить эти материалы. Не может этого сделать и следственный судья – статья 303 УПК Украины, как ни странно, не предусматривает такого бездействия как обжалуемого на досудебном расследовании.

 

Правда, согласно ст.315 УПК Украины, суд в ходе подготовительного производства может рассмотреть ходатайство стороны о истребовании определенных вещей или документов, но все упирается в этот термин «определенных». То есть, стороне (в нашем случае – стороне защиты) нужно быть самой уверенной и заверить в этом суд, что 1) определенные документы существуют, а сторона обвинения скрывает их и 2) назвать точно эти документы, чтобы истребовать их через суд.

Учитывая вышеизложенное, получить положительное решение по такому ходатайству становится не совсем простой задачей.

 

Следовательно, озвученная выше проблема не надуманная и раздутая проблема обычного невыполнения процессуальных формальностей, а оказывает непосредственное реальное влияние на состояние соблюдения права на защиту от уголовного обвинения.

Не существует единого рецепта решения этой проблемы, ведь очевидный пробел в правовом регулировании такой ситуации и значение конкретных обстоятельств не только позволяют, но и требуют отыскать нестандартные подходы для его совместного решения адвокатом и его клиентом.

С уважением,

Никита Задорожный

Адвокат

ID Legal Group

Никита Задорожный

Оставьте Нам Ваши контакты и Мы с Вами свяжемся

ID Legal Group
ID Legal Group